Фальшивые монеты для обращения.

В самом общем виде фальшивые монеты для целей обращения можно разделить на выпущенные монетным сеньором (в нашем случае государством) и изготовленные не имеющим на это никаких прав частником. В последнем случае такое деяние каралось смертной казнью через заливку расплавленного металла в горло, впрочем, обычно заменяемой на каторжные работы.
Трудно с уверенностью говорить об изготовлении фальшивомонетчиками первых русских златников и серебряников; весовых слитков (гривен) безмонетного периода; денег удельных княжеств – жесткий регламент их эмиссии отсутствовал, да и сами эти изделия, вероятнее всего, производились в мастерских ремесленников, а не на специализированных княжеских монетных дворах. Тем не менее, возможность незаконных подделок необходимо учитывать при анализе причин снижения пробы металла и в эти периоды русской истории.
Согласно данным, приведенным М.П. Сотниковой в работе «Тысячелетие древнейших монет России», метрическая проба первых русских монет достигает 960, но многие экземпляры не имеют серебра вовсе. Делались ли последние с ведома князя – неизвестно.
Рис. 1
Серебряники Владимира Святого II типа: слева – из серебра с незначительной примесью меди, справа – из меди с незначительной примесью серебра.
Как указывают исследователи (см. напр. А.Н. Дьячков), в безмонетный период, когда из металлических денежных знаков отечественного производства находились только весовые слитки-гривны, появляются гривны-новгородки особой формы – с горбатой спинкой, внутри которых содержится более низкопробное серебро, чем снаружи. Предполагается, что именно они стали первыми русскими рублями. Но чем вызвана сама идея закамуфлировать снижение количества чистого серебра в слитках остается загадкой. Встречаются слитки из олова, свинца и сплавов на медной основе, с поверхностным окислом под старину, вероятнее всего, являются подделками нового времени.
В период господства в денежном обращении страны денег и копеек, чеканенных из расплющенных кусочков проволоки, фальшивомонетчики получали незаконный доход путем снижения веса и пробы своей продукции. Исследователи (Мельникова, Гайдуков, Зайцев и др.) в своих каталогах относят ряд типов к фальшивкам, хотя в некоторых случаях такая атрибуция спорна.
К числу государственных подделок этого времени можно отнести несколько выпусков копеек со стороны соседних стран.
Так, созданная англичанами «Московская компания» в 1569 году получила от Ивана Грозного привилегию на чеканку из собственного серебра копеек с его именем. При Федоре Ивановиче привилегия была отменена, но чеканка продолжалась.
Рис. 2
Копейка английской «Московской компании»
В смутное время шведы, оккупировавшие Новгород, с 1611 по 1617 годы чеканили на местном денежном дворе копейки с титулами Лжедмитрия и Василия Шуйского.
После подписания «Столбового мира» и освобождения Новгорода в 1617 году, шведы вывезли оттуда денежных мастеров (Нефедку с товарищами) и наладили у себя производство проволочных копеек с титулом Михаила Федоровича.
Датчане в 1619 году – организовали выпуск таких же монет, но чеканами собственного производства в Копенгагене и Глюкштадле.
Рис. 3
Скандинавские подделки русских копеек. Вероятно, именно они имели известное по документам название «корелки худые»
В ходе неудавшейся денежной реформы Алексея Михайловича, уже через несколько лет после первого выпуска в 1656 году проволочных копеек из меди вместо серебра, по стране поползли слухи, что бояре бесконтрольно переделывают собственную медь в копейки. Активизация деятельности фальшивомонетчиков этого периода подробно описана в труде А.С. Мельниковой. Там же рассказывается, как после запрета и вымена казной их лудили, выдавая за серебряные.
Рис. 4
Медные копейки Алексея Михайловича.
В ходе реформы Петра I вновь появляется возможность незаконно заработать на той же медной монете. Медь, задуманная в 1700 году только как разменное средство при серебряной копейке, уже через четыре года перенимает чужой номинал и в полтора раза теряет свой собственный вес.
Однако новые монеты были более сложны в техническом исполнении и требовали специального оборудования, недоступного фальшивомонетчикам, поэтому они использовали способ литья в глиняные формы, полученные оттиском с подлинных медных копеек.
Рис 5
Литые копейки Петра I из меди и колокольной бронзы разных составов.
Реформа 1718 года, введя новую серебряную и золотую монету несколько завышенной стопы, одним махом удвоила и без того высокую стопу медной. Кроме того, намерение выпускать медные полушки улучшенного качества и с гуртовым оформлением осталось нереализованным, ее « такими худыми штемпелями печатали, что многие воры без труда под оные подделывать могли, паче же полушки из польских шелегов, которых в пуде до восьмидесяти рублей приходило, полушечным поддельным штемпелем печатали» — вспоминает бывший член Монетной концелярии Василий Неронов. Полушка 40-рублевой стопы стала единственной монетой императорского периода русской истории, подделка которой приняла столь массовый характер, сто причинила масштабный вред государственному хозяйству. По данным казначейства, при ее выкупе в 1730-х годах число фальшивок достигало сорока процентов, при этом качество металла было таково, что после переплавки он и в монетный передел не годился, и был передан в артиллерийское ведомство.
Рис 6
Полушка 40-рублевой монетной стопы.
Рис 7
Вариант более качественной выделки со шнуровидным гуртом.
Через пять лет после реформы 1718 года медь опять выходит за рамки отведенного ей места разменного средства при серебряной копейке, причем на этот раз огромным скачком – единственный выпускаемый номинал возрастает в двадцать раз – вместо полушки чеканится пятикопеечник той же 40-рублевой монетной стопы.
Выпуск пятикопеечников в 1723 году был задуман Петром как временная мера, с намерением их последующего выкупа и замены полноценной монетой. Но как редко выполняются благие намерения такого рода. За пятилетние правление Верховного тайного совета произошло строго обратное – выпуск вредительской монеты достиг громадного количества – почти семдясят миллионов штук, и стал главной проблемой монетного обращения второй четверти 18 века.